Я ел устрицы, сильно отдававшие морем, холодное белое вино смывало легкий металлический привкус, и тогда оставался только вкус моря и ощущение сочной массы во рту; и глотал холодный сок из каждой раковины, запивая его терпким вином, и у меня исчезло это ощущение опустошенности, и я почувствовал себя счастливым и начал строить планы.

Эрнест Хемингуэй

Небезызвестный драматург Артур Миллер, когда был ещё совсем ребёнком, позволял себе маленькие шалости. Если он не хотел идти в школу, то притворялся хромым. Тогда его мать, женщина, питающая слабость к искусству и мистицизму, смеялась колокольчиком и разрешала ему прогулять уроки. Взявшись за руки, как два хулигана, они, свободные и веселые, отправлялись есть устрицы. Ведь что такое устрицы: разве это крошечные моллюски, запертые в тюрьму своей раковины? Никак нет. Устрицы — это праздник.

В России с такими праздниками дела обстоят неважно — мы всё-таки живём в стране победившего блина с лопаты, но даже в этих невыносимых условиях можно обнаружить пути отступления к гедонизму. Этот социально-продуктовый конфликт начался давно: с одной стороны — Стива Облонский и фленсбургские устрицы, а с другой — Лёвин, который осознанно выбирает щи и кашу. Если вы помните эту сцену в «Анне Карениной», то там героев обслуживает официант-татарин, и в то время татары в большинстве своём действительно были трудоустроены в качестве прислуги и дворников. Но времена изменились, поэтому сегодня я, как гордая дочь своего народа, расскажу вам, где в Москве искать устрицы, достойные ваших вкусовых рецепторов. (Хотя, признаюсь, мне тоже доводилось служить официанткой, пока баре не обучили девку грамоте).

Если вы не искушены в устричных вопросах и не возражаете против алкоголя, то советую начать знакомство с Oyster’s shot. По сути, это усечённая версия кровавой мэри: на дне «олдфешна» плещется водка с томатным соком, а сверху это великолепие прикрыто моллюском. Сам шот острый, бармен не жалеет специй, и в этой компании вкус устрицы раскрывается неожиданно и ярко. Как первая незапланированная беременность, только намного приятней.
Подают напиток в бистро Catch на Петровке. И если говорить о других культивируемых беспозвоночных, то также советую местный тар-тар из гребешка на подушке из авокадо.

Гастро-бар Keepish на Сретенке появился совсем недавно, но уже поразил меня своим дизайном в духе «жизненный цикл мхов» и неожиданной доминантой в виде гигантского диско-шара. Устрицы в этом мрачном полумраке есть по-своему приятно, если белый жемчуг брать, а сахалинские отдать врагам. Несчастным рабам собственного эго и тщеславия, а точнее тем, кто хочет поразить своих подписчиков в инстаграме, советую  взять и икру морского ежа, дабы удивить простой народ эффектными иголками. И если уж мы заговорили о об иглах, то попробуем придать этому тексту какое-то общеобразовательное измерение. Арте повера: чёрные, большие и жесткие иглы акации на огромном, в несколько метров, холсте Пеноне можно увидеть на третьем этаже музея современного искусства на Петровке — в игровом действе под названием «Генеральная репетиция».

Говоря о роли акации в искусстве нельзя не вспомнить рассказ Куприна «Большой фонтан», который в первой редакции так и назывался «Белая акация». Лирический герой обвиняет цветущее дерево в том, что он влюбился и женился на грубой одесситке — вот оно торжество мужской логики. Избранница героя — официантка, или, если точно по тексту, «халдейская девка», и это обстоятельство изящно возвращает наш разговор в ресторанное русло.

Центральный рынок, пульсирующая язва на теле города, памятник чревоугодию, воздвигнутый на месте общественного туалета, имеет собственное устричное бистро. Ассортимент, конечно, широкий, как кости всех худеющих, но крайне неудачное расположение — проходной балкончик перед единственным на рынке туалетом. Прямо скажем, так себе.

Похожее разочарование ждёт читателя и в отеле Ritz — устрицы, что там подают, годятся только на то, чтобы швыряться ими в румсервиса, который их приносит. Что автор этих строк и делал — не в припадке бешенства, но по сценарию короткой фильмы, в которой мне довелось сниматься.

Лучшую дюжину, по нашему скромному мнению, вы найдёте в ресторане «Турандот». Возможно, вы скажете «вкусовщина», но на что ещё опираться скромной любительнице поесть.

На этом администрация нашего борделя прощается с вами и желает вам всего самого наилучшего — ешьте устрицы, пейте шампанское, живите полной жизнью, ведь именно для этого она вам дана.